(пусто)
 
Каталог товаров
Полезная информация

Сумки для телескопа

Принимаем к оплате

Акция! Бесплатная доставка телескопов по Хабаровску. Привезем в день заказа до дверей Вашего дома или офиса*  

Внимание! Мы открылись по новому адресу: Суворова 25 ТРЦ "Южный Парк" 1 этаж, работаем ежедневно с 10 до 21ч.

Уточнить наличие, выбрать телескоп, или оформить заказ можно по телефону: 8 (4212) 61-46-30 Звоните с 10 до 21ч  ежедневно!

Шарль Мессье и его каталог

В ночь с 1 на 2 мая 2008 года я нацелил свой ТАЛ-150ПМ на туманный объект в созвездии Гидры — шаровое скопление M68. Первый этап моего проекта был завершен: за десяток рабочих ночей в течение года я прошел в шестидюймовку весь каталог Мессье и составил их краткие описания. По совести говоря, дыр в описаниях предостаточно, но главное — я включил каталог Мессье в рамки личного опыта. И исходя из личного опыта странностей в каталоге предостаточно. Что за идея руководила Мессье при создании каталога? Какие критерии он применял при отборе объектов? Отчего это вдруг в каталог туманностей включены Плеяды, которые отчетливо разрешаются на звезды невооруженным глазом, и упущено двойное скопление Хи/Аш Персея, которое прекрасно видно невооруженным глазом как туманный объект? Почему в каталог включено невзрачное бедное рассеянное скопление M103 в Кассиопее, а не расположенное по соседству с ним и буквально примагничивающее взор роскошное NGC 663? И наконец, вопрос, который при занятии диванной астрономией в голову просто не приходит: что за возможности были у Мессье для наблюдений? Какие инструменты он использовал? Карты? Каталоги?

Я начал наблюдать глубокое небо со 110 мм классическим ньютоном, но основная часть моего проекта сделана с помощью 150 мм короткофокусника f/5 с параболическим зеркалом. Инструмент имеет светосильный 50 мм искатель, поле зрения 1°36' и выходной зрачок 5 миллиметров при обзорном увеличении, и позволяет мне видеть звезды до 13 величины при детальном осмотре объекта. Не забудем рассчитанные на многолетнюю работу алюминированные зеркала и просветленные окуляры, скорректированные на хроматическую аберрацию. У меня прекрасный Sky Atlas 2000.0 с глубиной выборки 81 тысяча звезд до 8.5m и 2700 объектов дальнего космоса. У меня мощная астрономическая программа Starry Night Pro с глубиной выборки 16 миллионов звезд и свыше миллиона объектов дальнего космоса. К моим услугам прекрасные книги, написанные опытными умными людьми, и обширнейшие астрономические ресурсы Паутины. Согласитесь, при этих условиях ограничивающие качество работы факторы — лишь погода и собственная лень.

Ну что же. Попробую спроецировать собственный опыт в далекое XVIII столетие. А что было в распоряжении мэтра Мессье?

Инструменты

Начну с технического оснащения наблюдателя середины XVIII столетия. И в первую очередь попытаюсь бегло очертить возможности тогдашнего инструментария.

Итак, телескопы.

Простенький двухлинзовый ахроматический объектив уже изобрел в Британии в 1733 году Честер Мур Холл, но его идея не нашла применения. Повторно ахроматический объектив изобрел и запатентовал Джон Доллонд в 1758 году, но варка качественного оптического стекла и массовое производство исправленных на хроматическую аберрацию объективов еще толком не налажены. Золотой век рефрактора наступит лишь в XIX столетии. Однолинзовые объективы рефракторов по прежнему страдают от чудовищной хроматической аберрации, поэтому их приходится делать длиннофокусными. Неудивительно, что для наблюдателей XVIII столетия главным критерием возможностей телескопа было его фокусное расстояние, а не апертура. Огромные телескопы с фокусными расстояниями в десятки футов имеют крайне ограниченное поле зрения и весьма сложны в обращении. Эти динозавры сыграли свою роль в исследовании Луны и планет и в XVIII столетии все еще в ходу. Так, Джеймс Брэдли в 1722 году использует для измерения углового диаметра Венеры телескоп с фокусным расстоянием 212 футов (65 метров). Охотники за кометами предпочитают более компактные трубы с фокусными расстояниями в несколько футов — с таким инструментом можно управиться в одиночку. Поле зрения таких труб значительно больше, чем у первых телескопов Галилея, но качество изображения даже с современным китайским дешевым ахроматом не сравнить.

С рефлекторами дело обстоит несколько лучше. Джон Хэдли (Гадлей) в 1721 году вывел схему Ньютона из полувекового забвения, построив и успешно испытав телескоп с апертурой 15 см и фокусным расстоянием 159 см, а позже лондонские оптики даже наладили серийное производство ньютонов. В 30-х годах XVIII столетия Джеймс Шорт наладил технологию изготовления параболических и эллиптических зеркал и открыл свой довольно успешный бизнес. Все телескопы Шорта сделаны по схеме Грегори — несмотря на недостатки этой схемы в сравнении с ньютоном (в первую очередь — ограниченное поле зрения), изготовить плоское вторичное зеркало ньютона намного сложнее, чем придать эллиптическому вторичному зеркалу нужную кривизну. Больное место рефлектора — качество отражающей поверхности. Технологию серебрения стеклянных зеркал изобретут лишь в начале второй половины XIX столетия, а пока что для отливки зеркал используют спекулум — сплав трех частей меди и одной части олова с добавкой 1...2% мышьяка. Спекулум быстро тускнет в сыром климате промышленной Европы и зеркало приходится полировать заново. Несколько циклов полировки — и фигуру зеркала надо восстанавливать, что по трудоемкости почти равносильно изготовлению нового зеркала. Забавно, но и рефлекторы по привычке сравнивают по фокусным расстояниям. Даже Уильям Гершель в своих журналах везде указывает: 7-футовый, 10-футовый, 20-футовый, 40-футовый телескоп. Но светосильные по тем временам телескопы Гершеля — это 80-е годы, когда работа Мессье над каталогом уже была завершена. Кстати, в журналах Гершеля есть любопытное замечание касательно срока службы зеркал из спекулума. Зеркало 20-футового телескопа сохраняло безупречное качество на протяжении нескольких лет и у Гершеля было наготове запасное зеркало для быстрой замены. Так что возможно, современные популярные источники несколько сгущают мрачные краски.

Окуляры пока что тоже не бог весть что — только двухлинзовая схема Гюйгенса с полем зрения 30...40°, сильно отягощенная аберрациями. Сменные окуляры до Гершеля не были в ходу, окулярный узел конструктивно составлял одно целое с трубой и телескопы имели фиксированное увеличение, как подзорные трубы.

Монтировки с точки зрения эргономики — полный кошмар: вести телескоп за целью ключами тонких движений невозможно. Тогдашние наблюдатели устанавливали трубу на суточную параллель светила и наблюдали в короткий промежуток, когда светило пересекало поле зрения. Затем телескоп снова приходилось перенацеливать с нужным упреждением. И если небольшой телескоп наблюдатель мог перенацелить самостоятельно, то работа огромных телескопов Гершеля требовала слаженных действий обеспечивающей команды.

Но не будем отвлекаться от темы. А какие именно инструменты были в распоряжении Мессье во время работы над проектом? Список инструментов можно найти в историческом разделе SEDS — нет особой необходимости приводить его полностью. К сожалению, Мессье не указывал в своих рабочих журналах апертуры инструментов — только фокусное расстояние и увеличение. Если я правильно понял из просмотра его записей (в переводе на английский — французским я не владею), основными рабочими инструментами Мессье при обзоре неба были двухфутовый и трехфутовый простые рефракторы (не ахроматы). К сожалению, информация именно об этих инструментах в списке отсутствует. Для детального описания найденного объекта Мессье наблюдал в рефлектор схемы Грегори с апертурой 8 дюймов и эквивалентным фокусным расстоянием 32 фута (D = 200 мм, F = 9600 мм, f/48) с увеличением 104x. Хотя Мессье и употребляет в отношении этого инструмента эпитет "превосходный", эффективная апертура телескопа была эквивалентна современному рефрактору с апертурой 3.5 дюйма (90 мм). Позже Мессье использовал более адекватные инструменты — ахроматические рефракторы с апертурой 3.5 дюйма и фокусным расстоянием 3.5 фута (D = 90 мм, F = 1050 мм, f/12) с увеличением 120x. О поле зрения телескопов Мессье остается догадываться. На SEDS есть репродукции пары зарисовок, сделанных Мессье, на одном из них — как бы вписанные в поле зрения телескопа Туманность Андромеды со спутниками M32 и M110. Рисунок снабжен угловой сеткой и я независимо промерил его в Фотошопе. Поле зрения получается нереально большим — около 2 градусов (самый маленький однофутовый рефрактор Мессье давал увеличение 44x). Я думаю, круг на рисунке — не поле зрения телескопа, а размер обследованной области, то есть картинка синтезирована при просмотре объекта по зонам.

Итак, ни один из инструментов Мессье ни по своей проницающей силе, ни тем более по разрешающей способности не дотягивался до современного 100 мм рефрактора. Думаю, вопрос о том, почему Мессье не колол на звезды даже яркие шаровые скопления, можно закрыть. Не стоит также удивляться, почему в каталоге нет протяженных туманностей с низкой поверхностной яркостью: наблюдать такие объекты можно только в инструмент с большим выходным зрачком.

Остается лишь изумиться вслед за наблюдателем XIX столетия Уильямом Смитом, как можно сделать так много, будучи столь ограниченным в средствах.

Карты и каталоги

Перейдем к звездным картам и каталогам.

Лучшее из наличного практически до самого начала XIX столетия — изданный в Британии в 1725 году трехтомный звездный каталог Джона Флэмстида Historia Coelestis Britannica (2682 звезды примерно до 7m) и его же Atlas Coelestis 1729 года издания. Мессье несомненно использовал карты и каталог Флэмстида (правда, французское издание Atlas Coelestis было выпущено лишь в 1776 году), так как он постоянно ссылается в своих записях на эти источники. Атлас содержит 27 двойных листов размером 55х41 см. В те времена еще было принято заполнять фон карт фигурами мифологических персонажей, существ и предметов, в чью честь названы созвездия. Фигуры созвездий были не просто элементом дизайна, но и несли определенную функциональную нагрузку: целеуказания "на острие южного рога Тельца" или "между луком и головой Стрельца" были в порядке вещей. В старых звездных картах есть свое очарование. Но как тогдашние наблюдатели ухитрялись их бегло читать — для меня загадка. Тиражи звездных атласов были ограничены; наблюдатели снимали рабочие копии ценных первоисточников. Мессье и сам был искусным картографом, это занятие входило в его должностные обязанности в первые годы работы в Морской обсерватории.

А как обстоит дело с каталогами незвездных объектов? Сделано было на удивление немало, но поди собери все и приведи в рабочий порядок. Любознательные историки науки подсчитали, что с незапамятной античности и по 1764 год, когда Мессье внес в свой рабочий журнал первый самостоятельно открытый им объект под номером 3, был открыт в общей сложности 71 объект (включая упущенные Мессье), из них 16 были благополучно забыты и переоткрыты впоследствии заново. Взять, к примеру, человека с длинным именем Никола Луи де ла Кайль (Лакайль): он остался в истории астрономии в основном как наблюдатель, составивший обширный каталог звезд южного неба, а заодно выделил 14 новых созвездий южного неба. Он же составил на основе собственных наблюдений каталог 42 объектов южного неба, из которых 32 — реально существующие, а 25 из них — первооткрытия. Всех предшественников Мессье перечислять долго, а имена там есть весьма известные: Аристотель, Гиппарх, Птолемей, Гевелий, Галлей. Возможно, я уделю этой теме отдельную страницу. А пока хочу сказать вот что: если бы даже Мессье взялся всего лишь за разборку всей этой шихты, зачистил мусор и дубликаты, идентифицировал реально существующие объекты и аккуратно измерил их координаты — даже за это стоило бы сказать спасибо огромное.

Космология и космогония

Как заметил Куликовский во вводной главе своего справочника, вторая половина XVIII столетия была отмечена бурным расцветом небесной механики. Учение о Мироздании как об идеально настроенном часовом механизме живет и торжествует. Ограничим, однако, рамки нашего экскурса периодом с осени 1758 года по весну 1781 — столько времени ушло у Мессье на активную работу над каталогом. По забавному стечению обстоятельств завершение работы над каталогом Мессье совпало по времени с гораздо более известным событием — открытием Урана. Но пока что граница интеллектуально обжитого пространства очерчена орбитой Сатурна, а далее простирается безбрежный океан, отделяющий человечество от безмерно удаленных непознанных миров. Насколько протяжен этот океан, никто пока не знает даже приблизительно. Право, Колумб ошибся на самый пустяк, преуменьшив диаметр земного шара всего вдвое. Определенное беспокойство, конечно, ощущалось: космогоническая теория Канта (1755 год) и модель иерархического Мироздания Ламберта (1761 год) возникли не на пустом месте. Но в общем идея эволюции пока вызревает подспудно: надежных наблюдательных данных для масштабных обобщений недостаточно. Масштабные космогонические гипотезы — это уже эпоха Гершеля, а не Мессье.

Скорее всего, размышления об устройстве и движущих силах Мироздания Мессье попросту не занимали. Его интересовали кометы, а поиск комет — это охота в чистом виде. От академических штудий в этом деле проку немного.

Личный фактор

Оставим в покое сплетни о личной жизни знаменитого кометного охотника и его непростых взаимоотношениях с окружающими. Существенный для обсуждаемой темы факт его биографии: Шарль Мессье (26.06.1730 — 12.04.1817) в 1751 году, в возрасте 21 года, перебрался в Париж и прожил в нем весь остаток своей долгой жизни оседло, никуда не выбираясь надолго. Единственная научная экспедиция, в которой принимал участие Мессье — три с половиной месяца, с мая по сентябрь 1767 года, на борту военного корабля, но целью экспедиции было испытание хронометров, а не астрономические наблюдения. Поэтому Мессье всю жизнь наблюдал с широты 48° и его каталог покрывает небо только до склонения -35°.

Париж с его морским климатом — не лучшее место для астрономических наблюдений. Уличного освещения в те времена не было и с наступлением ночи город погружался во тьму непроглядную, но дым из многочисленных очагов, что бы там ни говорили любители патриархальной старины, создавал заметную дымку смога. Но надо сказать, мало кто из первоклассных европейских наблюдателей, вошедших в учебники астрономии, наблюдал в таких же превосходных условиях, как Джон Гершель со Столовой горы на мысе Доброй Надежды. Вспомним факты: Ян Гевелий всю жизнь наблюдал в Гданьске возле Балтийского моря, Тихо Браге в течении 20 лет вел свои наблюдения из обсерватории на острове Вен в Зундском проливе, Уильям Гершель плодотворно работал в местечке Слоу в туманной Англии, а Уильям Парсонс, он же лорд Росс — в Бирр Кэстл в Ирландии, где астроклимат вряд ли был намного лучше.

Самое главное, однако, что следует держать в голове при попытке понять мотивы Мессье: кометы были смыслом его жизни. 13 первооткрытых комет и 7 комет, обнаруженных независимо от других исследователей, принесли Мессье прижизненную славу. За свою долгую жизнь Мессье пронаблюдал и тщательно документировал 44 кометы. Каталог туманностей был для Мессье подспорьем в основном занятии — но это не значит, что каталог был составлен наспех. Мессье был известен современникам не только зорким глазом, но и исключительной скрупулезностью, и каталог был составлен так же добросовестно, как и все остальное.

Возникала ли у мэтра Мессье хоть тень подозрения, как славно пошутит история? Все тринадцать открытых им комет давно растворились в небытие.

Ну да ладно. Теперь перейдем к проекту.

Начало

Какую популярную публикацию не возьми — везде утверждают, что случайное открытие Крабовидной туманности навело Шарля Мессье на мысль взяться за обзор неба и составить список неподвижных туманностей, чтобы впредь не путать их с кометами. Грех в этом сомневаться, благо и сам Мессье в 1801 году писал:

Меня побудила взяться за каталог туманность, которую я обнаружил над южным рогом Тельца 12 сентября 1758 года во время наблюдений кометы. Эта туманность имела такое сходство с кометой по форме и яркости, что я решил приложить усилия для поиска остальных, дабы впредь астрономы не принимали эти туманности за только что появившиеся кометы. В дальнейшем я наблюдал в рефракторы, подходящие для открытия комет, и именно этот замысел я держал в голове при составлении каталога.

Сказано красиво, но задним числом. Факты говорят о том, что с реализацией проекта Мессье определенно не спешил. А началось вот с чего.

В 1758 году ожидалось возвращение кометы Галлея. За год до этого астроном французского военного флота Жозеф Никола Делиль поручил молодому ассистенту Шарлю Мессье подготовить рабочие карты нужных участков неба и начать наблюдения. Из за ошибок в вычислениях Делиля Шарль Мессье обнаружил комету лишь 21 января 1759 года за пределами указанной Делилем области неба. Фермер Палич из окрестностей Дрездена обнаружил комету еще 25 декабря 1758 года, опередив Мессье почти на месяц, однако работа не пропала даром. 14 августа 1758 года Мессье обнаружил другую комету, но тоже не стал первооткрывателем — первым обнаружил комету ныне малоизвестный наблюдатель де ла Ну 26 мая 1758 года. Вот во время наблюдений этой кометы Шарль Мессье 28 августа 1758 года и обнаружил туманность в созвездии Тельца, а 12 сентября 1758 года измерил ее координаты и внес запись в свой рабочий журнал. Собственно, на этом всё: никакой планомерной программы обзора неба за этим не последовало. Если не считать того, что с этого момента кометы стали страстью Мессье и определили его дальнейшую жизнь.

Следующая запись в будущем каталоге появилась лишь спустя два года, и тоже по случайности. 11 сентября 1760 года Шарль Мессье обнаружил шаровое скопление в созвездии Водолея. Оба открытия были сделаны Мессье независимо, но оба объекта обнаружили задолго до Мессье: туманность в Тельце открыл Джон Бевис еще в 1731 году, а в Водолее — Жан Доминик Маральди 11 сентября 1746 года.

Объект номер три дожидался своей очереди почти три с половиной года. Нельзя сказать, что это время был проведено впустую, но не всё складывалось наилучшим образом. В 1761 году Делиль планировал отправить Мессье в Батавию — голландскую колонию в Ост-Индии, для наблюдений прохождения Венеры по диску Солнца. Поездка не состоялась, событие пришлось наблюдать из Парижа. В 1763 году Мессье самую малость недобрал голосов на выборах в Академию Наук. Были и поводы для гордости: к началу 1764 года Мессье имел на счету две лично открытые кометы и три кометы обнаружил независимо от других наблюдателей.

Лёд тронулся

Начало 1764 года принесло Шарлю Мессье удачу: 3 января он невооруженным глазом обнаружил свою третью персональную комету. Четыре месяца спустя, 3 мая, он открыл шаровое скопление M3 в созвездии Гончих Псов — свой первый персональный объект дальнего космоса. Именно с этого момента началась планомерная работа над пополнением каталога и результаты не заставили себя ждать.

Первоначально, похоже, Мессье намеревался навести порядок в наследии предшественников. В распоряжении Мессье оказался довольно разношерстный материал — в частности, список 6 туманностей Галлея, извлечения из Prodomus Astronomiae Яна Гевелия в обработке Дерхэма, каталог южных туманностей Лакайля, списки Маральди, Лежентиля и возможно, де Чезо. Как раз в это время готовился к печати труд Лежентиля, посвященный туманностям северного неба, и не исключено, что это стимулировало работу Мессье.

Приступив к работе, Мессье в первую очередь сосредоточился на участке неба в созвездиях Скорпиона, Стрельца и Змееносца. Эта область неба, примыкающая к ядру Галактики, трудна для наблюдений из умеренных широт Северного полушария, но насыщена яркими шаровыми скоплениями, а лента Млечного Пути в направлении от Скорпиона и Стрельца к Лебедю богата диффузными туманностями и рассеянными скоплениями. Результат не замедлил сказаться: обзор неба принес обильные бонусы. Протралив, к примеру, созвездие Змееносца, Мессье обнаружил пять ранее неизвестных шаровых скоплений M9, M10, M12, M14 и M19. На поверхностный взгляд систематическим тралением его метод назвать сложно. Если нанести объекты Мессье на звездную карту в порядке открытия, возникает образ не методично действующего загонщика, а снующей зигзагами охотничьей собаки. Шаровое скопление M10 в Змееносце. Прыжок в созвездие Щита — рассеянное скопление M11. Снова Змееносец — шаровое скопление M12 по соседству с M10, почти рядом. Опять прыжок в сторону — M13 в Геркулесе. Обратно в Змееносец — M14 к востоку от пары M10 и M12. И опять в сторону — M15 в Пегасе. Впрочем, при более внимательном взгляде метод прослеживается. В начале ночи — поиск и определение координат ранее открытых объектов, затем — обследование намеченной площадки. Открыв 29 мая M10, следующую ночь Мессье начинает с поиска открытого Готфридом Кирхом M11 и только потом возвращается в Змееносец и в ту же ночь находит M12. Еще две ночи спустя то же самое: поиск и измерение координат M13 Галлея, а потом продолжение изучения площадки в Змееносце и новая находка — M14. Таким манером с 23 мая по 5 июня 1764 года, в период между полнолуниями, Мессье довел свой список до 22 объектов, из них 8 были первооткрытиями.

Летними короткими ночами темп пополнения каталога снизился и Мессье наблюдал лишь урывками. Тем не менее 20 июня каталог пополнился еще четырьмя объектами (M23...M25 в Стрельце и M26 в Щите), а к концу июля запланированный обзор летнего неба был, похоже, в основном завершен. С августа Мессье приступил к обзору осенних созвездий. 3 августа в каталоге появляется первая галактика — хорошо известная астрономам того времени и прекрасно различимая невооруженным глазом Туманность Андромеды, а заодно и открытый Лежентилем ее карликовый спутник M32. Достоверно известно, что оба объекта Мессье наблюдал еще в 1757 году, за год до того, как независимо обнаружил Крабовидную туманность, но лишь теперь решил точно определить их координаты. Логика включения прекрасно известной наблюдателям Туманности Андромеды в каталог представляется неуместной, но в общем невооруженным глазом ее вполне можно принять за комету, а открытие комет невооруженным глазом в те времена было вполне обычным делом.

Вслед за галактиками в Андромеде и Треугольнике Мессье изучает зрелищные рассеянные скопления в Персее и Возничем, заодно прихватив и восходящие перед утренними сумерками в конце августа зимние Близнецы. Все объекты с M31 по M40, которые Мессье отнаблюдал с начала августа по конец октября, находятся довольно далеко к северу от небесного экватора. Следующим логическим шагом был бы обзор зимнего неба в окрестностях созвездий Ориона, Большого Пса и Близнецов, а потом переход к весенним созвездиям — Раку, Льву и Деве. Но по непонятным причинам дело тормозится. После весьма странного пополнения каталога M40 работа замирает на три месяца. Наконец — новая запись: 16 января 1765 года Мессье внес в каталог рассеянное скопление M41 в Большом Псе. И снова тишина. На этот раз на четыре года с лишним.

Каталог Мессье: первое издание

Что произошло такого, что Мессье на четыре с лишним года забросил пополнение каталога? Биографы Мессье сообщают: в этот период Мессье был по горло загружен другими делами. В 1765 году Делиль, которому исполнилось 77 лет, ушел в отставку. Обязанностей у Мессье прибавилось. Много хлопот, мало почестей: должность астронома военного флота Мессье получил лишь в 1771 году. Весной 1766 года Мессье открыл свою четвертую комету и независимо обнаружил еще одну. С середины мая по начало сентября 1767 года Мессье в Париже отсутствует — он находится на борту французского военного корабля Аврора, принимая участие в испытаниях корабельного хронометра. Задача Мессье — рутинная, но ответственная процедура регулярного определения точного времени по навигационным светилам. Никаких диковинных южных стран, но и никаких опасностей тропических болезней — всё плавание проходит в пределах акватории Балтийского моря.

Хотя Шарль Мессье всё на той же должности клерка Морской обсерватории, на четвертом десятке лет жизни это признанный в своем кругу профессионал. Мессье ведет интенсивную переписку с коллегами из Британии, Германии и России. Он избран членом ряда иностранных научных обществ, включая Королевское Общество в Лондоне. Настала пора получить формальное признание в родной стране. В начале 1769 года Мессье решает наконец подготовить свой каталог туманностей к публикации в ежегоднике Memoires de l'Academie, но тянет со сдачей рукописи до последнего и 4 марта 1769 года спешно добавляет в каталог еще четыре объекта с M42 по M45. Странный поступок. Большую Туманность Ориона открыли в телескоп уже в Новое время, но Ясли и Плеяды известны с незапамятной античности и явно включены в каталог для общего счета. Особенно загадочен мотив, стоящий за Плеядами. Ясли, допустим, можно при беглом взгляде принять за комету, но Плеяды — решительно никак, ни при каких обстоятельствах. Ощущение недоумения крепнет, если знать о рабочем правиле Мессье: объекты, наблюдавшиеся на протяжении одной ночи, нумеруются в порядке прохождения через небесный меридиан. Исключений из этого правила крайне немного, и Плеяды — самое вопиющее.

Историки науки считают, что Мессье включил объекты с M42 по M45 для общего счета, дабы побить числом труд Лакайля, чей каталог южных туманностей 1755 года содержал 42 объекта. Видимо, Мессье отнаблюдал Большую Туманность Ориона, туманность де Мерана и Ясли и собирался на этом завершить, но в крайний момент решил включить для полукруглого счета и Плеяды. Почему, собственно, Плеяды, а не Хи/Аш Персея? Ответ прост: начало весны — самый неблагоприятный сезон для наблюдений этого объекта.

Еще один мотив форс-мажорного довеска к каталогу пришел мне в голову уже во время работы над этой страницей. Я предполагаю, что в изначальных планах Мессье в 1764 году был полный обзор неба по сезонам, но работа застопорилась на неопределенное время и в пределах сектора эклиптики между Близнецами и Змееносцем осталась здоровенная незаполненная дыра, да и зимнее небо осталось лишь бегло обследованным. Спешно поставленные латки проблему, понятно, не решили, но по крайней мере обозначили: продолжение следует.

Но если уж вам так хочется во всём, что мы делаем, видеть тайные мотивы и предначертания — ну что же, вот вам эзотерический мотив включения в каталог Плеяд: с Тельца начали, Тельцом и закончили. Крабовидная Туманность и Плеяды находятся неподалеку от эклиптики и их разделяет по прямой менее 25 градусов. Как увязать этот факт исключительной символической важности с гороскопом Мессье, решайте сами. Мне эта тема неинтересна, так что отдаю в добрые руки бесплатно.

С завершением работы над первым изданием каталога наведение порядка в архивах предшественников, тем не менее, было завершено: практически все ранее описанные объекты были идентифицированы и их координаты измерены, а попутно Мессье пополнил список парой десятков объектов, открытых им самостоятельно — то есть, сделал в одиночку почти столько же, сколько его предшественники вместе взятые.

Продолжение следует

Продолжение последовало, но довольно вяло. Времени на проект хронически не хватало. 1769-1770 годы в жизни Мессье выдались на редкость продуктивными. 8 августа 1769 года Мессье открыл пятую персональную комету, вошедшую в историю под именем Великой кометы 1769 года. Хвост этой кометы по оценкам современников протянулся более чем на 90 градусов. Король Пруссии, которому Мессье послал обработанные материалы своих наблюдений, добился избрания Мессье членом Берлинской Академии наук. Еще весной того же года Мессье стал членом Королевской Академии в Стокгольме. 14 июня 1770 года Мессье открыл свою шестую персональную комету, а две недели спустя стал наконец членом Академии наук в своей родной стране. Осенью 1770 года сороколетний Мессье женился. 10 января 1771 года Мессье независимо обнаружил Великую комету 1771 года, а 16 февраля 1771 года представил свой только что опубликованный Каталог туманностей и звездных скоплений на заседании Парижской Академии наук. Похоже, работу оценили как актуальную и одобренный Мессье всего через три дня принялся за продолжение работы: 19 февраля 1771 года в его рабочем журнале появляются еще четыре объекта с номерами от 46 до 49 в созвездиях Кормы, Гидры и Девы. Что-то, однако, занимало мысли Мессье настолько сильно, что не дало ему в эту ночь сфокусироваться на работе: обычно предельно аккуратный наблюдатель, Мессье сделал подряд две ошибки в определении координат и объекты с номерами 47 и 48 так и остались в финальном прижизненном издании каталога удаленными от истинных положений. Оба объекта для человечества не потеряны: в начале восьмидесятых годов XVIII столетия другие наблюдатели переоткрыли их независимо.

Весь остаток 1771 года снова занят другими делами. 1 апреля 1771 года Мессье открыл свою седьмую персональную комету. Это также его двенадцатое независимое открытие. 7 июня 1771 года он открыл шаровое скопление в Змееносце, но отметил его положение весьма приблизительно и объект займет место в каталоге под номером 62 лишь восемь лет спустя. В этом же году Мессье наконец официально получил должность астронома военного флота.

В марте 1772 года мадам Мессье умерла вскоре после родов. Умер и новорожденный сын, прожив всего десяток дней. Злые языки утверждают, что Шарль Мессье был не столько удручен потерей семьи, сколько раздосадован тем, что эти злоключения помешали ему открыть очередную комету. Но собственно, комету открыл Монтень еще 8 марта, за неделю до злополучных родов, и с 26 марта по 3 апреля комету Мессье все же отнаблюдал, а 5 апреля, продолжая наблюдения той же кометы, обнаружил рассеянное скопление в созвездии Единорога, которое обозначил номером 50. Но в дальнейшем Мессье каталогом практически не занимается, а осень 1772 года впервые за все эти годы проводит в отпуске за пределами Парижа.

10 августа 1773 года Мессье открыл второй спутник Туманности Андромеды [M110], определил его координаты, но по неясной причине в каталог не внес. 12 октября 1773 года Мессье открыл восьмую персональную комету и до середины апреля 1774 года был занят ее регулярными наблюдениями: комета была видна необычно долго и с момента открытия в созвездии Секстанта прошла через созвездия Льва, Волос Вероники, Гончих Псов, Большой Медведицы и окончательно исчезла из виду в Драконе. 13 октября 1773 года во время наблюдений кометы Мессье открыл туманность в Гончих Псах, но лишь 11 января 1774 года удосужился измерить ее координаты и присвоить порядковый номер 51. Следующий объект в каталог попал опять же между делом: наблюдая комету Монтеня 1774 года, 7 сентября Мессье обнаружил вблизи от пути кометы небольшое и неяркое рассеянное скопление M52 в Кассиопее. А дальше — опять тишина: до 1777 года ни новых комет, ни новых туманностей. Единственное событие в жизни Мессье в этот период, имеющее отношение к нашей теме — это его знакомство в 1774 году с Пьером Франсуа Андре Мешеном. Молодой (моложе Мессье на 14 лет) Пьер Мешен со временем стал самым серьезным соперником Мессье на кометном поприще: на его счету 8 самостоятельно открытых комет и 3 открытые независимо. Тем не менее неуживчивый и ревнивый к чужой славе Мессье с Мешеном сошелся, но пик их плодотворной совместной работы пришелся на 1780-1781 года. Значительная доля заслуг в теперешнем состоянии каталога принадлежит Пьеру Мешену: в период совместной работы над финальной версией каталога он открыл 30 объектов дальнего космоса, из них 25 были первооткрытиями.

В феврале 1777 года Мессье возвращается к каталогу и вносит в него под номером 53 шаровое скопление в Волосах Вероники, открытое двумя годами ранее Иоганном Боде. К этому времени Боде составил список из 75 туманностей — по большей части скомпилированный из различных источников, но содержавший также оригинальные открытия — и отдал свой труд в печать в берлинский Astronomisches Jahrbuch. В этот период Мессье занят поисками гипотетической планеты между Солнцем и Меркурием. Лишь в июле следующего года каталог пополнился двумя шаровыми скоплениями в Стрельце: M54 (оригинальное открытие) и открытое Лакайлем еще в 1752 году M55.

19 января 1779 года Мессье независимо обнаружил в созвездии Лисички комету, открытую за 13 суток до этого Иоганном Боде, и в эту же ночь открыл шаровое скопление в созвездии Лиры M56. Комета в своем движении по небу пересекла созвездия Лиры, Геркулеса, Северной Короны, Волопаса и 19 мая завершила свой путь в созвездии Девы. Следуя путем кометы, Мессье собрал щедрую коллекцию бонусов: планетарную туманность M57 Кольцо в Лире и три галактики в созвездии Девы M59...M61. Пройди траектория кометы западней, не по окраине облака галактик в созвездии Девы, а через его центральную часть — и добыча была бы сказочно обильной. Правда, лишь M58 оказалась оригинальным открытием — остальные туманности успели заметить раньше Мессье соперники в кометной охоте: Даркье (M57), Кёллер (M59, M60) и Ориани (M61). В июне у Мессье наконец доходят руки измерить координаты открытого им же восемь лет назад шарового скопления M62 в Змееносце, и в том же месяце положен старт весьма плодотворному дальнейшему сотрудничеству с Пьером Мешеном: в каталог под номером 63 вносится первая открытая Мешеном туманность — галактика M63 в Гончих Псах.

В 1780 году работа над каталогом заметно оживилась. Случайные открытия в ходе наблюдений комет снова сменяет планомерный обзор неба, и настойчивость приносит плоды. В марте и апреле, обследовав весеннее небо в созвездиях Гончих Псов, Волос Вероники, Льва, Рака и Гидры, Мессье довел каталог до M68, а в конце августа в ходе проверки каталога Лакайля нашел в созвездии Стрельца два слабых шаровых скопления M69 и M70. Все семь объектов обнаружены Мессье независимо, и пять из них — оригинальные открытия. На этом Мессье подводит итог. В апреле 1780 года он отдает доработанный Каталог туманностей и звездных скоплений, включающий объекты с M1 по M68, в печать в Connaissance des Temps за 1783 год. M69 и M70 описаны в этом же издании отдельным приложением.

Финишный рывок

Осенью 1780 года каталог пополнялcя в основном стараниями молодого Мешена и к началу 1781 года дошел до записи под номером 79. Обследованные площадки охватывают обширную зону неба от летнего созвездия Стрельца до зимнего Ориона. Работу не  притормозила даже очередная комета, которую Мессье открыл в конце октября (его девятая персональная комета). В начале января 1781 года Мессье при повторном изучении давно обследованной площадки в созвездии Скорпиона открыл совсем рядом с ярким шаровым скоплением M4 еще одно, более слабое — M80. Но самым плодотворным оказался короткий отрезок с начала февраля по середину апреля 1781 года: за это время каталог пополнили еще 24 объекта — примерно столько же, как за 11 лет между первой и второй редакциями каталога. В начале февраля Мессье внес в каталог пару галактик M81 и M82 в Большой Медведице — их обнаружил Иоганн Боде еще в 1774 году и независимо переоткрыл Пьер Мешен. В середине февраля — нашел открытую в 1752 году Лакайлем туманность в Гидре (M83). 18 марта — феноменальная охотничья удача: отыскав открытую Мешеном туманность в Волосах Вероники (M85), Мессье нашел в Волосах Вероники и примыкающей с юга Деве еще семь галактик (номера с M84 по M91). Облако галактик, известное в современной литературе как скопление Девы, наконец нанесено на карты звездного неба. В эту же ночь Мессье независимо обнаружил шаровое скопление M92 в Геркулесе (еще одно открытие Боде), а две ночи спустя открыл рассеянное скопление M93 в созвездии Кормы. Это был последний оригинальный вклад Мессье в каталог.

Остаток марта и первая половина апреля ушли на обработку наблюдений неутомимого Мешена, который собрал обильный урожай туманностей в весенних созвездиях Гончих Псов (M94), Льва (M95, M96), Волос Вероники (M98...M100) и необследованных толком до той поры ближайших окрестностей ковша Большой Медведицы (M97, M101).

13 апреля 1781 года Мессье проводит последний сеанс наблюдений. Он измеряет координаты объектов от M97 до M100 и готовит третью редакцию каталога к печати в Connaissance des Temps за 1784 год. Изначально Мессье собирался ограничиться круглой цифрой 100, но позже включил в каталог еще три объекта с номерами от M101 по